Материал о суперзвездах, фанатиках, позерах, шутниках и шоуменах, сделавших биатлон таким, каким мы его любим. Возможно, сейчас все было бы по-другому, если бы не Бьорндален, Чудов, Пихлер, Пуаре, и, конечно, Александр Тихонов.
Третий участник классического соперничества нулевых менее фанатичен и самоотвержен на фоне Бьорндалена, но более суров и серьезен на фоне Пуаре. Бегал без перчаток в любую погоду, часто простывал, выигрывал реже главных соперников – наверное, поэтому многим за него и болелось чуть крепче. Харизмы Фишера хватило бы на всю нынешнюю сборную Германии.
Самый эпатажный персонаж в истории биатлона (даже, пожалуй, не только русского), к сожалению, затмивший грандиозную карьеру пенсионными высказываниями и выходками. В том, что целое поколение запомнит Тихонова за скандалы, конфликты и ворчание, а не за четыре олимпийских золота и десятки орденов, виноваты сам Александр Иванович и его окружение. Впрочем, пока Тихонов в игре, популярность отрасли обеспечена.
Мы знали Ферри-танцора, Ферри-певца, Феери-скомороха, теперь знаем Ферри-писателя. Одна его книга открыла гангстерско-обаятельное закулисье целого вида спорта: реки алкоголя, туман кальянного дыма, пачки баксов, часы за полтора миллиона, конфликты, дедовщина, лекарства (то ли запрещенные, то ли нет) etc. Без сомнений, это главное чтиво о духе биатлона.
В России биатлон звучит так, как десять с лишним лет звучит Губерниев: громогласно, зажигательно, легко. Во многом благодаря творчеству главного комментатора «России 2» аудитория влюбилась в когда-то лесной и карманный вид спорта, а его герои превратились в наших виртуальных приятелей, о которых порой известно больше, чем о реальных друзьях.
С уходом Ферри за развлечения и дебоши отвечает норвежская бригада. Они угоняли машины, спускали штаны прямо на трассе и даже балансировали где-то на грани уголовщины. Виду спорта, где по-прежнему немало безликих персонажей, такие оторвы тоже пригодятся.
Редчайший формат русского биатлониста: дерзкий, упрямый, импульсивный, тщеславный. В тот короткий отрезок, когда эти качества дополнялись успехами в спорте, эффект был потрясающим – разве кто-то не сходил с ума от Чудова? Макс почти все делал публично: бросал вызов Бьорндалену, конфликтовал с кем придётся, защищал себя и команду… Позорился и сгорал он тоже публично – даже от печального этапа его карьеры оторваться было тяжело.
Самый обсуждаемый тренер в истории нашего биатлона, суперхаризматик: в равной степени за счёт действий, слов и внешности. В начале десятых погрузиться в новый вид спорта можно было просто с вопросов: что за странный немец там улыбается и почему о нём так много говорят?
Символ немецкой надежности и расчетливости: идеальный эстафетчик, один из сильнейших снайперов, альтернативный выбор для тех, кто почему-то не впечатлился Бьорндаленом, Пуаре или Фишером. Вряд ли мудрый Гросс по случайности вырос во въедливого тренера – теперь с ним будут работать русские спортсмены.
Николай Круглов-старший, двукратный олимпийский чемпион, продал медали, чтобы оплатить талантливому сыну сборы – младший ответил лидерством в Кубке мира, победами на престижном этапе в Оберхофе и капитанством в команде. Киношный сюжет не мог не очаровать. Совпадение или нет, но после допингового скандала-2009 Круглов-младший был быстр только на гостиничных лестницах.
Если спорту нужны пассионарии, то продолжительное доминирование человека с вечно скучающим видом, из небиатлонной страны, да ещё и южных кровей выглядит как минимум любопытно. Из Фуркада получился убедительный ответ норвежскому задору, немецкой основательности и российским ресурсам.